Friday, 26 August 2016

Горина Любовь Павловна/ Lubov Gorina (1942 - 2015)

Год назад о смерти Любови Павловны я узнала случайно, из фейсбук-странички фотографа Валерия Плотникова.

26 августа 2015 года
В Москве на 74-м году жизни скончалась вдова сатирика и драматурга Григория Горина, Любовь Павловна Горина (урождённая Кереселидзе), пережившая своего супруга на 15 лет.
В своих интервью Г. Горин всегда говорил, что самые известные его произведения появились благодаря вдохновению, которое дарила ему жена.
* * *
Любовь Горина:

В его [Горина] однокомнатной квартире с ходу удивил шкаф, доверху заставленный книгами. На этом фоне даже Гриша со своим ростом не казался таким уж высоким. И мягкая дикция сразу смазала его мужественный образ. Он стал каким-то своим и уютным.
«В одном из прошлых воплощений я был пчелой, отсюда имею привычку неожиданно налетать на собеседника и много жужжать, пока тот не начнет нервно отмахиваться», — иронизировал над собой Гриша.

Вскоре мы случайно встретились на выходе из Театра Сатиры — он подошел ко мне: «Вы домой? А поехали с нами!».
«С нами» — это с Марком Захаровым, Шурой Ширвиндтом и Андреем Мироновым, его ближайшими друзьями… Тогда ведь все тесно общались, дружили на кухнях «против государства». Душевно посидели у Гриши.

Потом он позвонил: «Пошли в “Сатиру”!» Тут же согласилась — от театров я никогда не отказывалась.

Гриша знал, как до меня достучаться. Открываю почтовый ящик, а там письмо. Я храню его до сих пор и перечитываю со слезами на глазах, хотя оно не было лишено «горинского» юмора: «Люба, помните, что по Москве ходит высокий толстый человек и постоянно думает о вас». Хотя толстым он никогда не был.

...«В нашей компании никто не женился и не собирается!» — заявил мне однажды его близкий друг Борис [Толокнов], который боялся потерять Гришу. Нам было под тридцать — еще молодые, но уже не юные.
Борины угрозы не сбылись — мы поженились через полгода после знакомства. Это вышло естественно и как бы само собой. Зарегистрировались и сразу поехали в Дом творчества писателей под Ригу. Потом поменяли две наши квартиры на одну в доме на улице Горького (ныне Тверская). И с этим местом связаны самые счастливые воспоминания. Часто мы выбегали из дома за пятнадцать минут до начала спектакля: до всех театров от нас — два шага. Обсуждали увиденное на сцене, прогуливаясь по ночной Москве… И друзья жили неподалеку.

Однажды Гриша позвал в гости еще одного своего друга — Игоря Квашу. Но тот не хотел выходить из дома: «Плохо себя чувствую — просто помираю». Тогда мы сами поехали его навестить. Позвонили в домофон и на вопрос: «Кто?» Гриша быстро нашелся: «Бюро ритуальных услуг».


Иногда мне казалось, что я умею читать его мысли.
Однажды Гриша вошел на кухню и говорит: «Когда…» А я уже отвечаю: «18 ноября!». Он даже отшатнулся: «Откуда ты знаешь, что я хотел спросить?» Он пытался уточнить, когда день рождения у Эльдара Рязанова. Как в Гришином «Доме, который построил Свифт», мы общались «минуя уши, не разжимая рта. Напрямую!»

Он иногда шутил: «Я женился на грузинке из ностальгии по прошлой жизни…»
Учил вспоминать, кем мы были до рождения, — по тому же принципу, который зрители наблюдают в «Свифте». Закрывал глаза и прокручивал пленку обратно: «Мне 20 — я в мединституте. Мне 10 — я в литкружке пишу стихотворение. Я в утробе матери — плаваю… Мне 85, я в горах пасу корову… Я — грузинская бабушка!»

[после смерти Миронова] Дома подолгу замирал, молчаливый, задумчивый... Но был слишком деликатен, чтобы перекладывать свои переживания на жену. У него еще хватало сил меня утешать, пытался посмотреть на горе с философской точки зрения: «Андрюша умер, но разве его больше нет? Он всегда будет».
Гриша был тонким человеком, на все душевно откликался, может, поэтому сердце и не выдержало…

Я с ним не расставалась ни на минуту, даже когда физически мы не были рядом. Много путешествовали вместе, но иногда Гриша ездил с группой писателей и без меня. Тогда с любого конца света летели письма: «Когда ты рядом — Люба и Люба, а нет тебя, и понимаешь — самый дорогой человек»; «Не скучай. Краткие разлуки — вещь полезная. Они подчеркивают ценность и счастье совместного существования людей. Даже заочное общение необходимо. Не ленись хотя бы через день писать мужу письма».


Шура [Ширвиндт] тоже не смирился с уходом друга, он иногда повторяет: «Горин — космический человек. Поэтому мне кажется, что он не умер, а просто эмигрировал туда».

2011 год, источник

* * *
Сегодня друзья вас не забывают?

Любовь Павловна: Не забывали (грустно улыбается). Раньше всегда приглашали на спектакли. Мы вместе отмечали Гришин день рождения. Но последний год обо мне забыли. Не приглашают. Наверное, людям некомфортно общаться с вечно печальным человеком, даже если причиной тому смерть их близкого друга.

2013 год, источник
Фото Валерия Плотникова
* * *
Из книги Игоря Оболенского «Близкие люди. Мемуары великих на фоне семьи»:

Любовь Горина: Знаете, у меня очень плохая память стала. У меня муж умер в одночасье, не болея. И я собрала лекарства и выпила, не хотела жить. После этого меня забрали в больницу и лечили электрошоком. Причем взяли расписку у моей сестры, что она не против. Она не понимала, что это такое. И расписку дала. После этого моя память ухудшилась. Электрошоком лечили депрессию, чтобы не вернулось желание снова покончить с собой. Довольно жестокий способ лечения, надо признаться.
А до этого память была прекрасной. Учительница говорила: «В ваш класс противно входить. Одна Кереселидзе сияет, как звезда в тумане». Так меня одноклассники и называли. Если опаздывала, говорили: «Наша звезда в тумане опоздала».

Я ведь чудом осталась в живых. Выпила смертельную дозу снотворного. И не просыпалась, и не просыпалась. Так получилось, что в тот момент у меня жила грузинская девочка, дальняя родственница. И она позвонила Свете, моей сестре. Та забила тревогу...

...Да (тяжело вздохнув). Вся жизнь полностью изменилась. После смерти Гриши все были ко мне очень внимательны, но со временем всё затихает. И это нормально. Теперь я одна в нашей квартире, которую обставляла для двоих...
Иногда захожу в Гришин кабинет... Хотите посмотреть? Только проверю, все ли там в порядке... Вот, заходите.


(фото с фейсбук страницы И. Оболенского)
За этим столом он написал «Тот самый Мюнхгаузен». Я ничего не выбрасывала, совершенно ничего.

У Гриши было много друзей, он со всеми общался. Зная его невероятное остроумие, ему даже звонили по телефону и просили придумать шутку. Как-то, например, позвонил Леонид Броневой и попросил придумать ответ на выражение «Вы от скромности не умрете». Гриша мгновенно придумал: «Скажи: “А вы позвольте мне умереть от старости”»...
С Гришей было легко и интересно.

* * *
Любовь Горина. Я тебя жду!
(Последнее письмо)

Гриша!
Я видела, как ты умирал. Я врывалась в комнату, где ты лежал, но врачи выпроваживали меня.
Когда я вошла в последний раз, ты закрывал глаза, как оказалось, навсегда.
Эта картина преследует меня, прокручиваясь в моей голове по сто раз на день.
В эту минуту я потеряла все. Все, потому что ты для меня был мужем, братом, отцом, другом. А еще я потеряла смысл жизни.

Проводить тебя пришло много народу. Из Сан-Франциско приехали Марина с Гришей, Юра Кушак принес на похороны твою только что вышедшую в «Антологии сатиры и юмора» книгу. Хорошо издана. Тебя бы порадовала.

Похоронили тебя на Ваганьковском кладбище, недалеко от Булата.
Вскоре рядом с тобой нашла свой покой Аллочка Балтер.
Отец умер через два месяца после тебя, не перенес смерти сына.

Твои родные звонят часто, зовут меня пожить с ними. Я не еду, не могу оставить тебя одного надолго. Я чувствую, как ты радуешься, когда я прихожу. Только не смотри так грустно и укоризненно мне, уходящей, вслед, это рвет мне душу.
Изба на Валдае, которую ты так любовно отстраивал и сажал деревья в саду, уже не наша. Прости, мне тоже было грустно с ней расставаться, но я не смогу туда ездить одна, без тебя.
Шурик стал худруком Театра Сатиры.
Эльдар пишет толстую книгу жизни.
Аркан скоро переедет в новую квартиру в новом доме. Я за него рада. Пора уже.
Премьера «Шута» у Марка откладывается из-за сложности декораций. Говорят, что в «Ленкоме» будет стоять твой бюст. Не знаю, как к этому относиться.
В драмтеатре Пскова поставили твоего «Герострата». Завлит прислала мне афишу и две рецензии. В них написано, что пьеса эта вечная. Дай-то Бог.
Скоро выйдет твоя новая книга «Театр Горина». Издатели хотят приурочить ее выход к премьере «Шута» в «Ленкоме».
Да, в одном из пражских театров репетируют «Тиля».
Паничи в Питере репетируют «Шута» с большим энтузиазмом.

Поеду посмотрю, приду к тебе – расскажу. Жаль только, нельзя побыть наедине с тобой. Очень уж многолюдно там. Это кладбище стало излюбленным объектом туристов.

Обо мне не волнуйся. Несколько месяцев у меня жила грузинская девушка. Благодаря ей я выжила. Сейчас она уехала, так как для грузинских граждан введен визовый режим.
На Новый год была на даче у [Бориса] Толокнова. Впервые я его встречала без тебя. Плакала, конечно. Как гвозди, куранты вбивали в мое сознание две фразы: «Гриши больше нет. Учись жить одна».

Друзья звонят и помогают, но тебя ведь заменить мне никто не может.
Изо всех сил я стараюсь держаться.
Людям некомфортно общаться с вечно печальным человеком, даже если причина печали – смерть мужа.

Дом без тебя опустел, замолчал телефон. В сиротливом недоумении смотрит на меня невостребованный компьютер. В доме поселилась гнетущая тишина. Как всегда, в твое отсутствие воюют со мной все предметы. Я учусь их чинить. Или зову кого-нибудь на помощь.

Почему ты не приходишь ко мне даже во сне? Я так соскучилась по тебе.
Гриша, родной! Я видела, как ты умирал, бросала горсть земли в твою могилу, часто хожу на кладбище и все еще не верю.
Не верю и не могу смириться, что тебя нет.
Говорят, время лечит… Ничего оно не лечит.
Часто подхожу к дверям в надежде, что вот сейчас они распахнутся, и войдешь ты, большой и шумный.
Пожалуйста, возвращайся. Я так тебя жду!
Твоя Люба

Подготовила Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/

Thursday, 11 August 2016

Его фильмы – сны.../ animator Vladimir Leschiov (Leščiov)

Владимир Лещёв (Vladimir Leschiov) родился в 1970 году в Даугавпилсе.

Первые художества совершал на обоях в родительском доме.
В 1989 году закончил художественную школу в Риге, далее совершенствовался в профессии безработного, а при удачном стечении обстоятельств участвовал в качестве шабашника в каких-нибудь бесполезных коммерческих проектах или, напротив, в полезных некоммерческих проектах.

С 1993 года занимается главным образом созданием бесполезных рекламных роликов, телевизионных декораций (иногда полезных) и прочего (более или менее полезного), стараясь выполнять оное в технике анимации.
В 2001 году отправился в Швецию подучиться анимации.
За один год создал там два своих первых мультфильма под руководством Петра Думалы.

С 2004-го года профессионально работает как аниматор.

В течение нескольких лет сотрудничал с различными студиями.

В 2007 году основал собственную, назвав её «Луноход» (ведь освоение поверхности Луны луноходом, а поверхность Земли Лещёвым началось примерно одновременно).

см. также: Страничка на фейсбуке; Lunohod

* * *
С Юрием Норштейном Владимир Лещёв познакомился в Швеции в 2002 году во время учёбы. Но Лещёв был так занят созданием своего дипломного фильма, что даже на семинар с Норштейном не пошёл. И тогда Норштейн пришёл к нему сам, постучавшись в комнату, в полумраке которой Лещёв готовил свой мультфильм «Дедушкин мёд». Отсутствие на мастер-классе единственного русскоязычного студента Норштейн «понял и простил».
- из статьи

* * *
Фильмография В. Лещёва - источник

2002 Дедушкин мёд / Grandad’s Honey, 35mm, 5 min.


Владимир Лещёв, из интервью: Я хотел сделать фильм о жизненной философии, проникновенный, глубокий, но одновременно и простой. И вдруг я вспомнил моего деда – он жил в деревне, у него была пасека. Это его поддерживало, он был уже очень стар. В жизни деда было немало тяжких испытаний. Его пчелы были для него единственной радостью. Единственным утешением.
Выбирая технику, я думал об атмосфере фильма. Дедушка, деревня и много мёда. Что-то из прошлого, из детства, поэтому должна быть теплота, ощущение близости. Карандаш или тушь здесь не годились. А масляные краски – сама их текстура гармонирует с мёдом. Теплые, с неповторимым запахом, особой густоты и прозрачности.

*
2002 Письмо / The Letter, 35mm, 3:45 min.

Владимир Лещёв, интервью: Когда я был в Швеции (в колледже), мне было одиноко. У меня была семья – жена, дочь, я надолго от них уехал. Мне хотелось сделать что-то романтично-философское, исполненное положительных эмоций.
Я работал над «Дедушкиным мёдом», и чтобы отвлечься от мыслей о возможном провале фильма, в свободное время (пока ждал отснятый материал из лаборатории) я начал что-то рисовать, чтобы не думать о всякой всячине. То есть, одновременно с первым я начал работать над вторым. Так появилось «Письмо».

*
2004 Бессонница / Bezmiegs (Insomnia), 35mm, 7 min.


[Складывает альпинистский ледоруб как зонтик :)]

«Анимация позволяет вдохнуть жизнь в статичное изображение на время, которое отводит ему аниматор. То есть на время изображение перестает быть зафиксированным моментом, каким является фотография или рисунок».
Комментарий Лещёва, источник


Владимир Лещёв, интервью: Уже название фильма, «Бессонница», призвано обозначить нечто абсурдное. Само состояние бессонницы – уже абсурд. История метафорична, речь идет о внутренней тревоге, причины которой никто не объяснит.


Проводится параллель между бессонницей и отношениями мужчина-женщина. И всё это – с оттенком иронии.


Тот период моей жизни был беспокойным, я по ночам не мог спать. А когда всё закончилось и пришло время задуматься о новом проекте, я решил, что можно выразить мои тогдашние переживания: когда ночью хотелось идти куда-то, когда было состояние непокоя. Мне просто хотелось что-то сделать – пусть даже нечто совершенно бессмысленное. Так появилось название и фильм.

*
2007 Затерянные в снегах / Zuduši Sniegā (Lost in Snow), 35mm, 8 min.

Владимир Лещёв, из интервью: [это фильм] О людях на льдине, о зимней рыбалке. Они не просто сидят все время, там будет юмор и философия, а может, даже какие-то рискованные ситуации.
Я сам живу около озера. Каждую зиму я вижу рыбаков, бредущих по льду. Я их довольно долго изучал, не в силах понять, для чего они это делают. Летом эти люди рыбачить не ходят – ждут зимы. Своего рода философия жизни. Об этом есть немало шуток и историй. Мне эта тема интересна. Зимняя рыбалка популярна в нашем регионе, это почти фольклорный жанр. Дает мне возможность показать и смешное, и печальное. В целом, это отражает мой нынешний взгляд на жизнь.

*

2009 Крылья и вёсла / Spārni un Airi (Wings and Oars), 35mm, 5:50 min.



[Мелькает персонаж из «Бессонницы», карабкающийся на дом-Эверест]


*
2014 Дождливые дни / Rainy days

источник: Самые любимые его страны – далёкая Япония и близкая Эстония. Обе страны он объединил в одном из своих фильмов – «Дождливые дни» (совместное производство Латвии и Канады). И, учитывая японо-эстонский сюжет, рисовал он чаем на бумаге (на это ушел килограмм чёрного чая).

Для режиссёра важное значение имеет музыка, звучащая в его фильмах. В японо-эстонскую историю на фоне Фудзиямы вплетается популярная в Японии мелодия старинного танго латвийского композитора Оскара Строка (Оскар Строк родился в том же городе, что и Владимир Лещёв, – в Динабурге, он же – Двинск, Даугавпилс).

*

2016 В ожидании Нового года / Waiting For the New Year


Gaidot Jauno gadu / Waiting For the New Year (Trailer) from LUNOHOD on Vimeo.


Одинокая женщина-дворник пишет письмо в первый день Нового года...


* * *
Кадр из фильма Крылья и вёсла, 2009

* * *
Буддийский луноход - Загадочные мультфильмы Владимира Лещёва
источник, отрывки
12.03.2016

С режиссером Владимиром Лещёвым мы встретились на кинофестивале в итальянском городе Бергамо, где показывали его фильмы и открыли выставку его рисунков. Владимир Лещёв снимает очень короткие анимационные картины (3-7 минут), но работа над каждой занимает несколько лет.
Он учился у знаменитого польского аниматора Петра Думалы, первые фильмы делал в Швеции, работал в Японии.
Его фильмы – сны, в которых смещены пропорции, а герои вольно шагают по потолку и стенам.
Владимир Лещёв: Я приверженец старых традиций. Для меня ручная работа остается ручной работой. Это передача моей энергетики зрителю. При компьютерной анимации теряется какая-то часть эмоций, которые передаются работой вручную.
Я пользуюсь компьютером для обработки, цветокоррекции, если это необходимо. Конечно, монтаж, композиция – это я делаю в компьютере, значительно облегчает работу. Но с самого начала и до композиции – это ручная работа, рисование на бумаге.
У меня каждый фильм занимает два года работы.

В принципе, в каждом фильме, за исключением, может быть, фильма «Вилла Антропофф», я опираюсь на свое подсознание, то есть некоторые вещи я сам не могу объяснить, я их просто использую, потому что они мне кажутся интересными. Их необъяснимость даже привлекательнее, чем вещи, которые можно подвергнуть логичному анализу.

[про Вилла Антропофф] Идея [возникла] у нас напополам с эстонским режиссером Каспаром Янцисом, моим хорошим другом. Мы очень разные, он представитель эстонской школы – это сатирический подход, юмор специфический. Там был компромисс, я подошел к этому как эстет, отдав ему возможности писать сценарий. Конечно, мы его вместе создавали, писали, обсуждали. По большей части сценарий писался Каспаром. Долгий очень процесс был, это самый длинный фильм, который я когда-либо делал, он занял у нас в общей сложности чуть больше трех лет, несмотря на то что делался на двух студиях, параллельно, то есть было очень много людей вовлечено. Предпродакционный процесс, до того, как мы начали анимацию, был очень долгий и мучительный, разделенный расстоянием, нам нужно было встречаться, обсуждать, встречались часто на фестивалях, жили в одной комнате, было такое забавное время. Но каким-то образом сделали. Фильм получился – наверное, для меня это выброс наболевшего, где-то все время сидело, хотелось высказаться. Сначала начиналось все как сатира на Советский Союз, потом это переросло в общеевропейскую проблему. Что интересно, что фильм стал особенно актуален даже сейчас.

[о любви к Японии] Наверное, это случилось после первой поездки в Японию. Я тогда еще об этой стране практически ничего не знал. Японские друзья меня как-то очень умело ввели в культуру этой страны, мне она очень понравилась, заинтересовала их жизненная философия.


После этого я стал больше интересоваться японской культурой, кино, пересмотрел все фильмы Куросавы. Он мне показался наиболее близким тому, что я делаю, открыл мне глаза на новую страницу японской культуры. Естественно, поэзия Басё, Исса Кобаяси. Да, мне очень интересна Япония, страна и люди.

[...] учителей у меня было много. Не непосредственных учителей, но от которых я много что взял. Я был просто очарован фильмами Норштейна, наверное, через это многие проходили. Я только позже узнал, что на самом деле он русский режиссер, потому что в Латвии он был настолько популярен. «Ежик в тумане» был переведен на латышский язык, многие до сих пор латыши считают его своим фильмом, что очень удивительно. Конечно, Татарский, Ковалев, замечательная студия «Пилот».

[родился в 1970 году] в Даугавпилсе. Это такой русский город в Латвии. Я прожил там довольно немного, потом мы переехали в Ригу. Я все равно чувствую какие-то корни в этом городе, часто там бываю.
У меня нет ничего общего с Россией, поскольку я там никогда не жил. Да, в советское время мы туда часто ездили с друзьями – это было забавно и интересно. Приезжая в Россию, я не чувствую себя связанным с этой страной.

Кадр из фильма Крылья и вёсла, 2009

Я не задумываюсь, кто я такой – художник, аниматор, режиссер. Сложный вопрос. Я люблю рисовать, люблю живопись и люблю перекладывать ее во время, добавлять движение. Я получаю от этого огромное удовольствие, когда вижу, как картина статичная оживает, в ней что-то происходит, она начинает разговаривать, посылать какие-то сообщения. То есть в процессе работы над фильмом у нас идет обоюдный контакт. Это не односторонний контакт с моей стороны. Я рисую персонажа, заставляю его двигаться, и очень часто он мне подсказывает, что я должен с ним сделать, как я должен к нему относиться, куда я должен его поставить. Он мне подсказывает всё время, у нас происходит диалог, иногда даже спор, я говорю: нет, так не будет, по-твоему не будет. Он говорит: нет, будет. Тогда мы находим компромисс. Это интересный процесс на самом деле, это процесс медитации, я вне этого мира, я в другом мире нахожусь, когда работаю.

Я живу тем, что я делаю, – я делаю свое авторское кино. Я считаю, что мне очень повезло, что я могу получить средства от государства на фильм. То есть фактически я живу на государственные деньги, которые выделены на фильм. Но я уже вырос из того времени, когда хочется все время больше и больше. Мне не нужно хватать звезды с неба, мне не нужны дорогие машины, я живу в однокомнатной квартире. Я просто счастлив тем, что у меня есть. То, чем я занимаюсь, мне приносит громадное удовлетворение, я не чувствую какой-то нагрузки.
Говорят, когда деньги портят человека, – когда они есть, их всегда хочется больше, и от этого человек теряет покой, становится раздражительным, у него появляются страхи за будущее. Я, наверное, живу сегодняшним днем. Я сегодня работаю, у меня есть хлеб, у меня есть чай. Что будет завтра – мы не знаем.
Я был в Непале, провел замечательный месяц среди буддистских монахов в монастыре, медитировал, слушал лекции ламы. На многие вещи у меня открылись глаза, я вернулся оттуда другим человеком, с совершенно другими взглядами. Считаю, что много от этого получил, я очень доволен этим. Мне ничего не нужно больше в этой жизни, главное, чтобы все были живы-здоровы, чтобы не было войны, и я мог делать то, что мне нравится.

Должен признаться, что, когда я готовлю новый проект, я абсолютно не уверен в завтрашнем дне, я не знаю, что будет, если у меня не окажется денег на этот фильм. Хорошо, я опять же подхожу с той же философией буддизма: будет завтра, будем решать и думать, что делать.

– Делаете сейчас новый фильм и наверняка не первый год?
– Сейчас только что закончил фильм, готовлюсь начать новый, который год целый уже готовлю, писал сценарий, подготовительный процесс год шел.

– Сколько минут, или вы заранее не представляете формат?

– Я очень четко представляю длину фильма. Я думаю, что это будет семиминутный фильм. Я не могу сделать больше, поскольку я работаю как в каменном веке, мне все очень тяжело дается, каждый кадр, каждый рисунок для меня очень большая ответственность, занимает много времени, я вкладываю туда так много, что я не готов делать большие фильмы.

– Секунда – это сколько картинок?

– Обычно это 12 рисунков, бывает 24. Интересно, когда на стене будет одна секунда, 12 рисунков, которые между собой фактически не отличаются. А что такое одна секунда? Это миг. 12 акварелей.

У меня был очень интересный опыт, когда я делал свой студенческий фильм [видимо, «Дедушкин мёд», 2002] в Швеции непосредственно под камерой, у меня не было никакого видеоконтроля, то есть я не мог видеть, что я уже сделал. Сейчас все эти технологии допускают такую возможность, ты можешь прокрутить уже снятый материал, что-то даже исправить. Тогда это была камера, и я вслепую под ней писал маслом. Что там получалось, я узнавал через две недели, когда получал материал из лаборатории. Эти две недели были для меня стрессом, потому что я не мог продолжать работу, я не мог перестраивать сцену, я должен был ждать. Это был изумительный опыт. Вслепую делаешь что-то, и потом в конце концов через две недели получаешь материал на пленке, смотришь. И это магия, как это все начинает двигаться, работает.
Кадр из фильма В ожидании Нового года, 2016

* * *
upd

See Issa from LUNOHOD on Vimeo.
Frosty snowflakes turn into the flowers of sakura, when lonely old man's hands enfold a cup of hot tea.
This is poetic story about the last days of famous Japanese haiku master Kobayashi Issa (June 15, 1763 - January 5, 1828).

Written, animated and directed by Latvian director Līga Skirmane. Producer Vladimir Leschiov.

Подготовила Е. Кузьмина © http://cinemotions.blogspot.com/
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...